Взгляд

Страховка от потепления: как климатические риски меняют финансовый сектор

Вопросу учета климатических рисков при управлении финансовыми активами в последние несколько лет уделяют пристальное внимание как международное сообщество, так и отдельные государства. Природные катаклизмы, постепенные климатические изменения и движение в сторону безуглеродного развития серьезно влияют на всю финансовую систему и чреваты серьезными кризисами.

Олег Смеречинский / РИА Новости

В России проблема оценки климатических рисков сейчас тоже находится на повестке. Во время выступления в Совете Федерации председатель Центробанка Эльвира Набиуллина рассказала, что в конце этого года регулятор выпустит очередной консультативный доклад для финансовых организаций (такой уже выходил в мае 2020-го), а в середине следующего — опубликует рекомендации для банков и страховщиков. Рассказываем, что такое климатические риски, какими они бывают и как их учитывать. 

Физические риски и риски перехода

Климатические риски принято делить на физические и риски перехода. К первым относится вероятный ущерб от внезапных природных катаклизмов, например наводнений, землетрясений и лесных пожаров. Сюда также входят риски постепенных климатических изменений: повышение уровня моря и температуры воздуха. 

Для банков и страховщиков физические климатические риски выражаются в том, что их вложения могут обесцениться. Природные катастрофы по цепочке затрагивают всю экономическую систему (от домашних хозяйств до целых государств), ведут к снижению рентабельности компаний и их активов, приводят к дефициту отдельных товаров и нарушают отлаженные цепочки поставок. Если компания, в которую они инвестировали, прямо или косвенно пострадала от природных катаклизмов, ее стоимость может упасть. 

Для страховщиков чрезвычайные ситуации чреваты еще и дополнительными страховыми выплатами. К примеру, пожар «Кэмп» в Калифорнии в 2018 году вылился в 12 миллиардов долларов застрахованных убытков. В итоге за отчетный период 2017-18 годов убытки страховых компаний штата превысили прибыли впервые за последние 25 лет. Компании отреагировали тем, что повысили страховые взносы в 4 раза, а иногда и вовсе отказывались страховать земли местных фермеров.

Ландшафтный пожар в Воронежской области. Фото: Ульяна Соловьева / РИА Новости

С рисками перехода дело обстоит сложнее: ни о каких видимых разрушениях речи не идет. Под этим термином подразумевается снижение использования углеводородов и других природных ресурсов в результате перехода государств к «зеленой» экономике: вводятся налоги на углеводородные выбросы, развивается альтернативная энергетика. Если финансовые организации вкладывают средства, к примеру, в «коричневые» компании, это может вылиться в удешевление активов. Кроме того, в свете ESG-повестки (E, Ecological — экологичное, S, Social — социальное, G, Governance — управление), инвестиции в «неэкологичные» отрасли чреваты для финансовой организации репутационными издержками. Учитывать эти риски сложнее, чем физические. Переход к устойчивому развитию осуществляется постепенно, а сами инвесторы не всегда способны в полной мере оценить происходящие «зеленые» процессы.

Зеленая экономика — главный тренд нового десятилетия

Как просчитывают климатические риски

Единого подхода к способам оценки климатических рисков нет. Используются различные методы проработки сценариев, чаще всего — стресс-тестирование. Выбираются вероятные факторы риска для финансовой организации, формируется сценарий неблагоприятного развития событий, а дальше рассчитываются предполагаемые убытки. Таким образом, к примеру, можно спрогнозировать убытки компании при определенном природном катаклизме. К стресс-тестированию при оценке климатических рисков прибегали, в частности, Банк Франции и Банк Великобритании.

Однако, как рассказали «Экосфере» в Центробанке РФ, проведение сценарного анализа зачастую упирается в нехватку статистических данных. Чтобы заполнить лакуны, ведется работа по сбору недостающей информации.

Председатель Центрального банка РФ Эльвира Набиуллина. Фото: Пресс-служба Банка России / РИА Новости

Многие европейские финансовые организации сами разрабатывают систему анализа рисков в контексте их инвестиций. Например, просчитывают углеродную интенсивность портфеля. Это помогает понять долю «неэкологичных» компаний в активах. Но и здесь все непросто: единой таксономии «зеленых» и «неэкологичных» бизнесов не существует, а сами эмитенты выбросов парниковых газов часто не обнародуют данные о своем углеродном следе.

По данным британского аналитического центра Carbon Tracker, около 70% компаний с высоким уровнем выбросов парниковых газов, например Chevron, Exxon Mobil и BMW, в финансовых отчетностях не раскрывают информацию о работе с климатическими рисками. А согласно отчету The Boston Consulting Group, лишь 9% компаний из тех, что заявляли о сокращении выбросов парниковых газов, правильно подсчитывают эмиссии: 82% организаций не учитывают выбросы CO2, связанные с внутренней деятельностью, а 66% не включают в данные выбросы от цепочки сбыта и эксплуатации. Все это мешает установить, насколько велика опасность перехода для инвесторов или какая доля активов финансовой организации «неэкологична».

Сообщество центральных банков и надзорных органов по повышению экологичности финансовой системы (Central Banks and Supervisors Network for Greening the Financial System, NGFS) в 2019 году дало такие рекомендации по работе с климатическими рисками: учитывать эти риски при анализе финансовой стабильности компаний, следовать принципам устойчивого развития при формировании инвестиционного портфеля, делиться данными и разработать (этим должны заняться местные центробанки) таксономию экономических областей, деятельность которых способствует переходу к устойчивому развитию. 

Свои рекомендации или отчеты о климатических рисках публикуют также регуляторы многих европейских стран и наднациональные органы. Однако в Банке России подчеркивают, что при разработке собственного регулирования не опираются на опыт конкретного государства.

«Анализ международного опыта показывает, что особой международной практики по климатическому страхованию нет. Кроме того, ориентироваться на какие-либо модели регулирования учета климатических рисков, характерные для определенной страны или группы стран не стоит с учетом особенностей каждой конкретной юрисдикции. Учитывая вышеизложенное, Банк России разрабатывает регулирование климатических рисков, принимая во внимание как релевантный международный опыт, так и необходимость его адаптации к российским условиям», — говорится в ответе на запрос «Экосферы».

Здесь важно понимать, что рекомендации национальных центробанков и министерств в области учета климатических рисков носят рекомендательный, а не жесткий регуляторный характер.

Снижение климатических рисков

Если единого механизма оценки климатических рисков не существует, то основные инструменты по их снижению более или менее едины: сюда относится отказ от инвестиций в неэкологичные отрасли (энергетика, промышленность, транспорт) или сокращение таких активов, поддержка «зеленых» компаний и следование идеям устойчивого развития.

Если говорить о банках, то им также доступен выпуск «зеленых облигаций». Они ничем не отличаются от обычных долговых бумаг, кроме того что привлеченные средства вкладывают в «экологичные» инициативы. Скэмнелос Илиас, управляющий глобальной практикой финансирования, конкурентоспособности и инноваций в Европе и Центральной Азии Всемирного банка во время своего онлайн-выступления на конгрессе Ecumene 2021 по устойчивому развитию отметил, что такие облигации помогают привлечь средства для достижения нулевого уровня выбросов парниковых газов.

Перспективы учета климатических рисков в России

Согласно данным опроса Центробанка 2020-2021 годов, на которые сослался регулятор при ответе на запрос «Экосферы», страховые компании в целом учитывают риски природных катаклизмов при андеррайтинге (анализ рисков перед включением их в число страховых случаев и определением тарифной ставки — прим. авт.) страховых продуктов, на которые такие риски могут повлиять. Сюда, в частности, относится страхование имущества и сельхозстрахование.

Последняя отрасль в России от природных катаклизмов защищена особенно хорошо. В 2021 году в России вступил в силу закон, согласно которому сельхозкомпании могут заключать договоры страхования с господдержкой на случай введения в регионе режима ЧС.

При этом учет рисков перехода и ESG-повестки в целом остается слабым местом российских финансовых организаций. В совместном исследовании Deloitte и Ассоциации банков России, опубликованном в мае 2021 года, говорится, что «лишь 15% банков оценивают учет ESG-факторов в своей работе как существенный». В свете регулярной европейской политики в отношении углеродоемких отраслей и общемирового курса на устойчивое развитие этот показатель выглядит особенно тревожно. 

Климат выше выгоды, или как устроен мир зеленых инвестиций

***

Мировой опыт оценки климатических рисков пока остается разрозненным: нет ни единой системы учета, ни всеобъемлющих рекомендаций. Многие международные организации, исследовательские центры и национальные регуляторы выпускают собственные руководства, но следование этим инструкциям зачастую упирается в нехватку данных. Для того, чтобы переломить ситуацию, нужна проработанная система учетов выбросов и поглощений парниковых газов, но главное — готовность компаний делиться информацией о своем углеродном следе.

Поделиться:

Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в email

Подпишитесь на

Рассылку

Мы обещаем не спамить, только самое важное из Экосферы!

Нажав кнопку «Подписаться», я соглашаюсь получать электронные письма от «Экосферы» и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера в соответствии со ст.18 ФЗ «О рекламе» от 13.03.2006 № 38-ФЗ.

Подпишитесь на новости

Обещаем не спамить, только самое важное из Экосферы!

Нажав кнопку «Подписаться», я соглашаюсь получать электронные письма от «Экосферы» и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера в соответствии со ст.18 ФЗ «О рекламе» от 13.03.2006 № 38-ФЗ.