В Правительстве на совещании 11 февраля, где обсуждались планы по реализации стратегии декарбонизации России до 2050 года, встал сложный вопрос о модели платы за выбросы углерода в атмосферу. В ЕС планируют вводить значительный трансграничный углеродный налог на импортируемую продукцию и сырье в 2026 году и отменять бесплатные квоты на выбросы в 2028 году, что ставит Россию перед непростым выбором.
Специальный представитель президента России по связям с международными организациями по вопросам устойчивого развития Анатолий Чубайс считает, что единственный способ избежать негативных эффектов углеродного регулирования для экономики России в том, чтобы ввести плату за углеродные выбросы внутри страны: «То, что мы не уплатим в наш бюджет, мы уплатим в бюджет Евросоюза. Логика, что сначала давайте разберемся с сахалинским экспериментом, а потом будем решать, что делать, приведет к серьезному объему платежа в бюджет ЕС».
Трансграничного углеродного налога можно избежать, если заплатить «цену на углерод» в стране производителе и предъявить в ЕС свидетельство. Статс-секретарь, заместитель министра финансов Алексей Сазанов сообщил, что у европейцев жесткая позиция и подойдет только прямой верифицируемый платеж за углерод — будет ли работать компенсация или «офсетный» механизм неизвестно. Проблема также в том, что нельзя будет создать «двухконтурную модель: одну систему налогообложения углекислого газа для экспортных товаров, другую — для внутренних».
Совещание также показало, что изменилось и отношение России к трансграничному углеродному налогу — он больше не воспринимается как инструмент «торговой войны». По словам министра экономического развития Максима Решетникова, углеродный налог расценивается как способ ускорить реализацию стратегии по сокращению выбросов углерода и возможность сохранить конкурентоспособность российских товаров и сырья на европейских рынках.