Учёные сразу исключили болезни. Энтомолог Эстела Сантос из Университета Республики заявила прямо: «Мы подтвердили химическое отравление. Ни одна болезнь не может дать такой эффект». При этом след вёл не к классическим инсектицидам — они нашлись лишь в двух из 24 проб. Под подозрением оказались смеси гербицидов и десикантов, которые в комбинации дают летальный эффект, непредсказуемый при анализе каждого компонента по отдельности.
«Иногда смешивают шесть-семь препаратов ради рентабельности — и тогда никто не знает, что получится», — говорит пчеловод и представитель отраслевой комиссии Густаво Фрипп. Проблема в том, что в Уругвае регулируется применение отдельных веществ, но никаких норм для оценки воздействия их смесей не существует.
Ставки высоки. В стране 2200 пчеловодов, 550 000 ульев и производство 9 000–12 000 тонн мёда в год. Но главное — опыление: его стоимость оценивается в 400 миллионов долларов ежегодно. Кроме того, пчелиный улей работает как экологический датчик, отражая состояние воздуха, воды и почвы. Их массовая гибель — симптом более широкого неблагополучия.
Уругвай предложил ввести налог на наиболее опасные пестициды по классификации ВОЗ, однако расследование министерства сельского хозяйства пока не дало окончательных выводов.
