Когда мёрзлый грунт оттаивает, на поверхность выходят сульфидные минералы, которые тысячелетиями были надёжно заморожены. Контактируя с кислородом и водой, они запускают химические реакции, характерные для кислотного дренажа на горнодобывающих предприятиях. В воду поступают цинк, никель, кадмий и алюминий, pH резко падает до критически кислых значений.
Исследователи из Карлтонского и Макмастерского университетов наблюдали, как реки буквально за одну ночь меняли цвет с прозрачного на оранжевый.
«Нас поразила скорость этих изменений. Мы ожидали постепенного процесса в масштабе десятилетий, но уже в 2023–2024 годах наблюдали, как pH падает до критических значений, а реки окрашиваются в оранжевый цвет буквально за два года», — отметил ведущий автор исследования Эллиот Скерзкан.
Принципиальное отличие от техногенного загрязнения — в охвате. Если горнодобывающее предприятие представляет собой точечный источник загрязнения, то здесь химические реакции одновременно охватывают сотни водосборных бассейнов на Юконе и Аляске. Металлические частицы могут оставаться взвешенными в воде на протяжении более ста километров, покрывая водоросли, нарушая жизнедеятельность насекомых и забивая жабры рыб.
Местные коренные общины, которые зависят от этих водоёмов для рыболовства, охоты и поддержания традиционного уклада жизни, первыми ощутят последствия. По словам соавтора исследования Шона Кэри, представители коренных народов предупреждали учёных о тревожных переменах задолго до того, как данные мониторинга подтвердили их опасения.
«Это вопрос водной безопасности, продовольственной безопасности — в конечном счёте, безопасности человека», — подчёркивает учёный.
Долгосрочные последствия для арктических экосистем пока остаются предметом изучения, однако скорость происходящих изменений уже не оставляет сомнений в их серьёзности.
