Лица

Когда ноль отходов — это не просто слова: шеф-повар и экоконсультант самого экологичного ресторана Москвы о своей работе

Björn — первый и пока единственный zero waste ресторан в Москве. Открывшись шесть лет назад под манифестом new nordic cuisine, Björn показывает, что даже в условиях ограниченной инфраструктуры мегаполиса ресторан может соответствовать принципам устойчивости и экологичности.

Маргарита Миславская и Никита Подерягин. Фото: Роман Шмидт, «Экосфера»

Мы встретились с шеф-поваром Björn Никитой Подерягиным и экоконсультантом Маргаритой Миславской, чтобы поговорить о том, что значит быть zero waste рестораном в Москве, как высчитывать углеродный след поставок ресторана, как совместить «дикие ужины» с субботником, можно ли организовать доставку без тонн одноразовой упаковки и почему экологичность — это всегда командная работа. 

Э: Есть такое представление, что zero waste ресторан — обязательно вегетарианский или веганский. Тем не менее вы от мяса в меню не отказываетесь. С чем связано такое решение?

Никита: Меню у нас меняется очень часто, вслед за сезоном и, соответственно, сменой доступных продуктов. Количество смен изменяется год от года, в среднем, 6-9 раз за 12 месяцев. Таким образом, весной и в начале лета у нас много зелени и салатов, вторая половина лета и начало осени — пик овощей, и они играют основную роль в меню, потом все плавно перетекает в крупы и корнеплоды. То же самое и с протеинами. Летом их меньше и они более лёгкие; это сезон птицы, кролика, рыбы. Зимой количество мясных продуктов больше, но уклон идёт в сторону дичи. В том, что касается грибов и ягод, то одних только белых грибов в месяц мы используем столько же, сколько и оленины. А общий объем используемых ягод в год составляет около 3.5 тонн. Тем не менее, мы абсолютно точно не вегетарианский ресторан. Мы очень плотно наблюдаем за природой и её циклами, стараемся быть гармоничными и созвучными с ней. Мы хотим оставаться гостеприимным местом, где каждый сможет найти что-то для себя.

Маргарита: Мы себя не позиционируем как вегетарианский или веганский ресторан, потому что хотим транслировать философию экологичности всем людям — и тем, которые едят мясо, и тем, кто его не употребляет. При этом используем мясо диких животных — оленей, кабанов. Углеродный след все равно есть, но в дикой природе он ниже. Была идея хотя бы частично отказаться от мяса, сделать Meatless Monday — день без мяса. Но всё это решается командой на собрании, и оставить мясо в меню — общее решение. У нас северная кухня, и она имеет уклон в сторону мяса, потому что в северных регионах элементарно доступно меньше овощей и фруктов.

Сезонность и локальность, максимальное использование исходного продукта, минимальное количество отходов и правильная их утилизация — основные принципы работы ресторана. Фото: Björn

Э: Насколько я понимаю, у вас очень комплексный подход — вся команда ресторана ответственна за zero waste. И это не только кухни касается, но и интерьера.  Вы даже гальку для сервировки приборов сами собираете и инсталляции на стенах тоже делались вами, правильно?

Никита: Инсталляция — это плавник, то есть древесина из моря, ее целый год собирали на берегах двух морей — Белого и Чёрного. Если говорить о ресторане в плане экологичности, то стоит описать его путь развития. В начале было восхищение собственника скандинавскими ресторанами, их разумным, экологичным подходом. Но на тот момент — более 6 лет назад — воплотить все эти идеи в Москве не получалось никак. Приходилось идти на компромиссы, от чего-то временно отказываться. Но основные идеи, такие, как природные образы в интерьере, природные материалы, энергосбережение, — все эти технические элементы были включены с самого начала. Из того, что получилось сразу внедрить, назову обращение к food waste. Работа над сокращением пищевых остатков шла с момента открытия ресторана. Наконец, примерно три года назад у нас сформировалось то, что можно назвать разумным потреблением, ответственным подходом: раздельно собирается мусор, вернее говоря, вторсырьё, отдельно сдаётся органика на компостирование или переработку.

Никита Подерягин. Фото: Роман Шмидт, «Экосфера»

Э: Рита, наверное, дизайном и экопрограммой ресторана больше занимаетесь вы?

Маргарита: Что касается природных элементов дизайна, то всё здесь собрано нашими руками. Наша экопрограмма состоит из zero waste на кухне, zero waste в баре и всего остального. За первые два пункта отвечают шеф-повар Никита Подерягин и  шеф-бармен Игорь Демкин, а я могу их при необходимости проконсультировать. Например, речь идет о дополнительной точке сбора органики в баре. Я показываю и рассказываю, как это будет работать, заказываю бак, и первое время контролирую новый процесс. Конечно, большинство решений обговариваем с управляющим: мы должны не только быть экологичными, но и зарабатывать. Поэтому мы лавируем, ищем оптимальные решения.

Никита: Отрицание, гнев, принятие (смеется). Маргарита — это человек, который решает огромное количество вопросов. Она поддерживает дух проекта. Всегда есть момент, когда ты устаёшь и думаешь: «Ну ладно, это можно не делать, это не работает». И здесь нужен человек, который тебя контролирует. Маргарита — такой человек.

Э: А что насчет экокалендаря, который есть у вашего ресторана, кто его составляет?

Маргарита: Тоже все вместе. Мы находим интересные идеи, обсуждаем, можем ли мы ту или иную экодату преподнести гостям. Например, когда мы в первый раз отмечали день водных ресурсов, то дарили людям многоразовые бутылочки и рассказывали, что сегодня, пожалуйста, не покупайте бутилированную воду, пользуйтесь фильтром, наливайте воду в свою тару. В день экодолга всем гостям, кто доел заказанную еду, дарили карандаш, который со временем прорастет. В день энергосбережения мы открывали QR-код, который вел на страничку советов, как экономить электроэнергию. Люди в зале участвовали в небольшой викторине, и разыгрывался бесплатный ужин в ресторане.

Э: Есть такие программы, как refill, вы в них участвуете?

Маргарита: Да, мы присоединились к ней более двух лет назад. С недавних пор она изменила название на «Твоя вода», сейчас она набирает всё большую популярность, количество участвующих в ней заведений стремительно увеличивается. У программы «Твоя вода» есть собственная карта участников, где подробно расписаны все опции: в этом заведении можно попросить бармена наполнить водой свою бутылочку, здесь можно налить самому, а вот здесь можно ещё и кофейной гущи для себя раздобыть — кстати, у нас тоже можно. 

Маргарита Миславская. Фото: Роман Шмидт, «Экосфера»

Э: Вы сказали, что у собственника изначально была идея организовать ресторан на основе принципа разумного потребления и гармоничного взаимодействия с природой. Сразу ли было понятно, как это сделать в московских реалиях?

Никита:  Желание работать по принципу zero waste было с самого начала, а дальше началась кропотливая работа, потому что те решения, которые есть в Европе, в Москве не работают. Начну с примера. Возьмем Финляндию, Хельсинки: ты открываешь ресторан, заключаешь договор, и у тебя забирают весь твой мусор по фракциям бесплатно. А мы еще три года назад платили за то, чтобы отдельно сдавать пластик, стекло, бумагу, а это более 5,5 тонн вторсырья. При этом мы не имели права отказаться от платного бака для бытовых отходов. То есть мы оплачивали одновременно и ТБО, и РСО. С локальным продуктом тоже бывают проблемы: в Москве иногда кончается отечественный картофель, его просто нет. Есть Израиль, есть Египет, а нашего разнообразия сортов нет. Почему? Потому что импортный продукт приезжает с гораздо более крутой логистикой. На этих граблях мы отбивали себе всё, что можно. То есть желание работать по принципу zero waste было с самого начала, а дальше началась кропотливая работа, потому те решения, которые есть в Европе, в Москве не работают. Года два назад нас сильно бомбило, даже когда мы начинали сравнивать сервисы в Москве и в Питере — там это гораздо более удобно устроено. И мы ходили и злились: почему в Москве больше ресторанов, больше жителей и больше денег, но никто не заморачивается этими вопросами?

Э: Правда ли, что еще год назад рестораны должны были платить огромные налоги для того, чтобы отдельно выбрасывать food waste, остатки еды?

Никита: Для начала стоит пояснить, что такое food waste. Это отходы с меняющимся статусом, и их нужно регламентировать. Что касается переработки пищевых отходов, мы были пилотным проектом компании Hermetia, которая работает с личинкой чёрной львинкой (тропическая муха — ред.). Им было интересно сотрудничать с ресторанами, а мы выступали «подопытным кроликом». Оказалось, им сложно работать с ресторанами, потому что у ресторана нет такого большого объёма отходов, нужно подключать сразу несколько мест, либо забирать раз в пару дней, а этого не позволяет наше законодательство. Значит, надо устанавливать морозильные камеры и замораживать органику, но и тут вмешивается законодательство, потому что всё это необходимо сертифицировать.

Э: Вы пробовали договориться с другими ресторанами о вывозе органики?

Никита: Людям это интересно, но ведь за утилизацию органики нужно доплачивать примерно 60000 рублей. Крупному ресторану или сети этим заниматься можно, но интереса нет, а для маленьких ресторанов это довольно дорого. Во всяком случае, энтузиастов на Пятницкой улице мы не нашли. Возможно, надо поступать так, как мы, то есть согласиться на эти расходы и помочь развиться сервису, чтобы в будущем он стал бесплатным.

Э: В Москве множество ресторанов, и уже есть спрос на места с zero waste. Но при этом предложения практически нет. Почему?

Никита: Сейчас есть определённый перекос в сторону того, что называется «бережными ресторанами». Они заявляют: «Мы думаем об экологии, у нас мебель из пластика, а он перерабатывается». Но можно ли считать это экологической программой? С другой стороны, когда заинтересованный ресторатор хочет сделать свой ресторан более экологичным, он не понимает, с чего начать. Он натыкается на бюрократию, и это отбивает желание чем-либо заниматься, потом понимает, что некоторые сервисы платные, и желания становится ещё меньше. Спрос есть, энтузиазм есть, а возможностей и понимания, как это делать, не возникает.

Фото: Роман Шмидт, «Экосфера»

Э: Насколько я понимаю, ваш чек-лист для zero waste ресторанов как раз и был сделан с целью объяснить, что именно значит быть экологичным применительно к ресторанному бизнесу.

Никита: Да, на публикацию чек-листа ресторанов оживлённо реагировали. Показательно, что в основном регионы, а не Москва. Мне писали ребята из Красноярска, Минеральных Вод, Ставрополя, Ростова и Нижнего Новгорода. Люди задавали вопросы, говорили: «У меня нет особенно большого бюджета, но я могу себе поставить диспоузер под раковину, — новое здание, позволяет канализация». Я объяснял, что это уже решает половину следа ресторана. Всё остальное тоже важно, но это не первоочередной момент.

Э: В чек-листе есть пункт «экопросвещение». Это касается в первую очередь сотрудников ресторана? Вы какие-то лекции проводите?

Маргарита: : В первую очередь, да. Ведь именно ребята, работающие в зале, являются основными проводниками наших взглядов, они должны уметь при необходимости рассказать гостям про экологичный образ жизни. А работающим на кухне важно понимать, почему мы именно так сортируем органические отходы и не выбрасываем, а сдаём на переработку упаковку. Поэтому у нас периодически проходят лекции. Мы встречаемся до открытия ресторана и обсуждаем одну из тем, связанных с экологичностью. Спикером при этом могу выступать я или кто-то из приглашённых нами специалистов. Темой первой такой встречи был раздельный сбор отходов: я показывала и рассказывала на примере вторсырья из ресторана, что и как можно и нужно сортировать для последующей сдачи на переработку. В конце у нас было соревнование: разделились по командам и распределяли по бакам — что вторсырьё, а что мусор. Конечно, во время внутренней аттестации персонала проводится и тестирование по вопросам экотематики.

Э:  Теперь по поводу остатков еды. Насколько я знаю, в нашем законодательстве есть проблема: ресторанам выгоднее выбросить остатки, чем, допустим, отдать на благотворительность.

Никита: Такой момент есть, но это касается готовой продукции. Само собой, если остался какой-то хлеб, если он не уходил в зал, то мы можем пользоваться сервисом наподобие waste sharing. Но проще оптимизировать процесс и готовить именно столько, сколько расходуется. А то, что осталось на тарелке, то есть food waste, мы обязаны утилизировать, но нет указания, как именно. Никто не запрещает поставить диспоузер, если есть техническая возможность; никто не запрещает использовать тот же самый waste sharing и отдать в приют для животных. Нельзя только отдавать людям.

Сифон для газирования воды. Фото: Роман Шмидт, «Экосфера»

Э: А что насчет логистики? Мне кажется, если про сортировку у нас уже начинают как-то задумываться, то с углеродным следом всё гораздо хуже. Расскажите, как вы выстраивали цепь поставщиков?

Никита: Сразу говорю и о плюсах, и о минусах логистики в России: минус — у нас огромная страна, а плюс — у нас огромная страна. Объясняю: с одной стороны, где бы вы ни работали у вас всегда найдётся кто-то рядом в доступе. С другой стороны, вы должны чётко понимать, что если ты стоишь в центре Москвы, то принцип локальной кухни не работает — в районе 30 км нет вообще ничего. Мы пришли к тому, что разумно и экологично брать продукты растительного происхождения из соседних областей. Если говорить о мясе и рыбе, то нам больше нравится работать с диким продуктом и покупать его напрямую в замороженном виде.

Э: Björn позиционирует себя не только как zero waste, но еще и как углеродно-нейтральный ресторан. Как вы подсчитываете и компенсируете выбросы?

Никита: С помощью сервисов, слава богу, что они есть. Ещё занимаемся высаживанием деревьев, сотрудничаем с лесничествами, поддерживаем участок леса, труд тех самых людей, которые помогают сохранять лес. И взрослые деревья, старше 50-ти лет, компенсируют твой углеродный след. Сейчас это единственный возможный и работающий способ.

Маргарита: У нас есть идея взять какой-то участок под свою опеку и туда приезжать, убираться, сажать деревья… Но, к сожалению, пока что это довольно сложно сделать с точки зрения российского законодательства. Поэтому сейчас мы просто случайно выбираем какие-то территории, куда выезжаем с добровольцами из команды ресторана и наших гостей, чтобы убрать мусор. 

Э: Да, в вашем Инстаграме есть фотографии субботников, причем с гостями. Как вам удалось организовать целое экосообщество вокруг Bjorn?

Никита: Мы организуем выездные ужины, а рядом с выбранными нами красивыми местами бывают помойки. Значит, надо прибраться, и мы попросили в соцсетях, и поехало много людей. Так было один раз, потом ещё раз, — возникла традиция. Это вопрос воспитания: ты приехал с тремя пакетами еды, почему нельзя уехать с одним пакетом мусора?

Э: Наверное, от этого сообщества есть какой-то фидбэк. Гости рефлексируют по поводу того, насколько экологичен ваш подход, что-то советуют?

Никита: Да, советуют во время живого общения. Например, насчёт одноразовой и многоразовой посуды очень много споров. В своё время, мы подсчитали, что многоразовые пластиковые боксы ломались быстрее, чем выходил их ресурс, — через 2-3 месяца. Если использовать одноразовый пластик, даже весом выходило меньше. Учитывая, что всё равно это сдается на переработку, то какая разница? Сейчас ситуация изменилась: появились боксы качеством получше. Плюс, возможно, скоро начнут делать многоразовый пластик по нашим чертежам.

Э: Во время пандемии очень остро встал вопрос о доставке. А доставка — это огромное количество пластика. Как у вас это устроено?

Никита: Мы не занимаемся доставкой, и в пандемию тоже не занимались. Небольшое количество боксов у нас есть, чтобы гости могли унести что-то с собой, если захотят.

Маргарита: Работа на доставку и упаковка блюд навынос — это огромная проблема для любого заведения, стремящегося быть экологичным. Наиболее подходящим типом пластика принято считать полипропилен, но его переработка сейчас не настолько развита, чтобы такая упаковка была действительно экологичной. К сожалению, на наших мусоросортировочных станциях полипропилен не отбирают из массы отходов. То есть, он может поступить на переработку только если человек будет его сам собирать, мыть и сдавать в специализированные экоцентры. Пока у подавляющего большинства наших соотечественников сознательность не настолько высока, и любая подобная упаковка выступает в качестве одноразового предмета с коротким сроком жизни, и у нее практически нет шансов быть в дальнейшем переработанной во что-то новое и полезное. Пока что самым правильным выбором выглядит оборотная тара, но в случае с ней встаёт вопрос её возврата и способов мотивации наших гостей к этому.

Э: Расскажите подробнее про дикие ужины. Для них вы отдельно продумываете логистику и рассчитываете углеродный след?

Никита: Это очень сложное мероприятие. Во-первых, оно происходит в диком месте, во-вторых, это полноценный сет-ужин для 20 человек, в-третьих, всё готовится на костре, в-четвертых, у нас всегда сезонное и локальное меню. Например, однажды мы готовили ужин в Тульской области, и все продукты были произведены в пределах 16 км от места. Дикий ужин — это всегда тяжёлая подготовка и сложная логистика. Ведь нужно найти место, где вы никому не помешаете и куда можно удобно подъехать. В день ужина все проще: к 6 часам утра мы приезжаем на место, подготавливаем всё, к 12-13 часам  приезжают гости, и у нас есть обед на 3-5 часов, а потом посиделки вокруг костра. После всего этого гости уезжают, а мы как следует убираемся. Примятая трава — это всё, что остаётся после ужина.

Э: Что может сделать город, чтобы помочь кафе и ресторанам стать более экологичными?

Никита: Меньше бюрократии — больше сервиса. Я считаю, что вполне возможны штрафы за неправильную сортировку, но при этом сначала нужно предоставить сервис, а потом уже контролировать его исполнение. А у нас обычно наоборот. Полагаю, законы для ресторанов должны писать сами рестораны, под контролем Роспотребнадзора и санитарного надзора. Город должен быть открыт к диалогу, а диалог должен быть не только на бумаге.

Э: И последний вопрос. Никита, можно три простых совета: с чего начать переход к zero waste на кухне?

Никита: Во-первых, не выкидывать в бак органику. Если вы выбрасываете что-то органическое в бак, то это привозят на полигон, там просто укатывают бульдозером, оно лежит, гниет и не перерабатывается в гумус, а заражает грунт и выделяет метан. Дома избавиться от органики просто: пробили блендером, вылили в унитаз, а если есть возможность, поставили диспоузер. Второй момент — это РСО. Чистый мусор может храниться довольно долго: мытая банка из-под сметаны может лежать у вас годами. Вы собираете и выбрасываете одним разом в синий бак. Кстати, пакеты нужно использовать, — это барьерная защита. В-третьих, важна логистика закупок. Введите простое правило: все, что вы купили, надо использовать. Если вы так отработаете хотя бы месяц, то выработается привычка. Эти три пункта решают 70% проблем с отходами.

Поделиться:

Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в email

Подпишитесь на

Рассылку

Мы обещаем не спамить, только самое важное из Экосферы!

Нажав кнопку «Подписаться», я соглашаюсь получать электронные письма от «Экосферы» и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера в соответствии со ст.18 ФЗ «О рекламе» от 13.03.2006 № 38-ФЗ.